Международные стандарты деятельности защитников по уголовным делам и законодательство ДНР

06.03.2020
06.03.2020 admin
Время чтения: 13 мин

Особое место в защите прав и свобод граждан занимает институт защитников в уголовном процессе, который направлен на защиту прав и свобод граждан, а также помогает осуществлению правосудия и соблюдению законов.

Проблемы деятельности защитников в уголовном процессе, места защитников в обществе, их профессиональные права и обязанности исследовались еще в конце ХІХ – начале ХХ ст. (И. Бентам, Е.В. Васьковский, М.А. Джаншиев, А.Ф. Кони, М. Молло, Э. Пикар, И.Я. Фойницкий). Весомый вклад в разработку проблемы сделали такие ученые, как Я.С. Аврах, С.А. Альперт, М.Ю. Барщевский, А.Д. Бойков, Т.В. Варфоломеева, Д.П. Ватман, И.Ю. Гловацкий, С.В. Гончаренко, Ю.М. Грошевой, Я.П. Зейкан, З.З. Зинатуллин, Я.С. Киселев, Л.Д. Кокорев, В.В. Леоненко, Е.Г. Мартынчик, В.В. Медведчук, Я.А. Мотовиловкер, А.Р. Михайленко, М.М. Михеенко, С.В. Натрускин, В.Т. Нор, И.Д. Перлов, И.Л. Петрухин, Н.Н. Полянский, Г.М. Резник, В.М. Савицкий, А.Д. Святоцкий, Н.И. Сирый, Ю.И. Стецовский, М.С. Строгович, А.Л. Цыпкин, М.А. Чельцов, В.П. Шибико, Ю.П. Янович и др.

Несмотря на наличие научных работ по вопросам, связанным с международными стандартами деятельности защитников по уголовным делам (В.В. Медведчук, М.М. Михеенко, А.Д. Святоцкий), эта проблема нуждается в глубоком изучении, учитывая изменения, которые испытало отечественное уголовно-процессуальное законодательство. Целый ряд аспектов правового положения защитника в уголовном процессе не теряет своей актуальности и требует дополнительного изучения.

Политические и социально-экономические процессы, которые происходят в Донецкой Народной Республике (далее – ДНР), требуют реформы уголовно-процессуального законодательства, изменения целей и задач уголовного судопроизводства, применения признанных в мире международно-правовых норм в области защиты прав и свобод человека. Общепризнанные международные акты (Декларация ООН об основных принципах правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, Всеобщая декларация прав человека, Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод, Международный пакт о гражданских и политических правах) содержат основные положения, которые указывают на то, что в современном мире огромное значение уделяется обеспечению прав личности, повышению эффективности правовой защиты человека.

Международные нормы нашли свое отражение в действующем национальном законодательстве. Так, в статье 3 Конституции ДНР провозглашено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность Донецкой Народной Республики, ее государственных органов и должностных лиц.

10 декабря 1948 года Генеральная Ассамблея ООН приняла и провозгласила Всеобщую декларацию прав человека, которая утверждает принципы равенства перед законом, презумпции невиновности, право на беспристрастное открытое рассмотрение дела независимым и справедливым судом, а также все гарантии, необходимые для защиты любой лица, обвиняемого в совершении наказуемого деяния.

4 ноября 1950 в Риме государствами-членами Совета Европы принята Конвенция о защите прав человека и основных свобод, которая гласит, что каждый человек, обвиняемый в совершении уголовного преступления, имеет как минимум следующие права:

  • быть незамедлительно и подробно проинформированным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения;
  • иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты;
  • защищать себя лично или использовать правовую помощь защитника по своему выбору или, если он не имеет средств для оплаты услуг защитника, получать такую помощь бесплатно, когда того требуют интересы правосудия;
  • допрашивать свидетелей, дающих против него показания или требовать их допроса, а также требовать вызова и допроса свидетелей с его стороны на тех же условиях, что и свидетелей, показывающих против него;
  • пользоваться бесплатной помощью переводчика, если он не понимает и не говорит на языке, который используется в суде.

16 декабря 1966 года Генеральная Ассамблея ООН приняла Международный пакт о гражданских и политических правах, а также Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах.

Международный пакт о гражданских и политических правах провозглашает право быть выслушанным без проволочек и право на непредубедительное и открытое слушание дела компетентным, независимым и справедливым судом, предусмотренным законом.

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах провозглашает обязанность государств в соответствии с Уставом ООН содействовать всеобщему уважению и соблюдению прав и свобод человека.

Минимальные стандартные правила в отношении обращения с заключенными рекомендуют обеспечить для лиц, находящихся в заключении, юридическую помощь и конфиденциальность в процессе ее осуществления.

Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью рекомендует принятие мер на международном и национальном уровнях для улучшения доступа к правосудию и справедливого отношения, возмещение вреда, компенсации и помощи для жертв преступления.

Резолюция 43/173 от 9 декабря 1988 Генеральной Ассамблеи ООН, которая провозгласила Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой-бы то ни было форме, подчеркивает, что задержанный имеет право на получение юридической помощи от адвоката. Этот человек вскоре после ареста информируется компетентным органом о своем праве, и ему предоставляются разумные возможности для осуществления этого права. Если задержанный не имеет адвоката по своему выбору, он во всех случаях, когда этого требуют интересы правосудия, имеет право пользоваться услугами адвоката, назначенного для него судебным или иным органом, без оплаты его услуг, если это лицо не имеет достаточных средств. Кроме того, провозглашается, что задержанный или заключенный имеет право связываться и консультироваться с адвокатом, для этого данному лицу предоставляются необходимое время и условия. Свидания задержанного или заключенного со своим адвокатом могут иметь место в условиях, позволяющих должностным лицам правоохранительных органов видеть их, но не слышать.

Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека от 26 мая 1995 года подчеркивает, что каждый обвиняемый в совершении преступления имеет как минимум право защищать себя с помощью выбранного им самим защитника или иметь назначенного ему защитника, когда интересы правосудия того требуют, а также пользоваться в случаях, определенных национальным законодательством, бесплатной помощью адвоката.

Ч. 2 ст. 12 Конституции ДНР указывает, что основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Следовательно, обеспечение прав человека и его основных свобод предоставляется в экономической, социальной, культурной, общественной, политической сферах жизни и требует, чтобы все люди имели реальную и эффективную возможность пользования юридической помощью, которая осуществлялась бы независимыми юристами-профессионалами.

В современных демократических государствах непременным и главным фактором системы правовой (юридической) защиты личности, ее прав и свобод является адвокатура. Именно она составляет специализированный институт для осуществления этой гуманной миссии.

Эта роль адвокатуры получила широкое международное признание. Об этом свидетельствует хотя бы то, что основные принципы, касающиеся социального назначения адвокатуры, ее организации и деятельности, получили нормативное обоснование и были закреплены на мировом уровне. Так, Восьмой Конгресс ООН по предупреждению преступлений, состоявшийся в августе 1990 г. в Нью-Йорке, принял «Основные положения о роли адвокатов» (далее – «Основные положения»).

В этом документе на мировом уровне впервые закреплены основные принципы, касающиеся социального назначения адвокатуры, ее организации и деятельности. Здесь изложены общие принципы формирования, функционирования, легализации и деятельности адвокатов.

Как справедливо отмечают А.Д. Святоцкий и В.В. Медведчук, этот документ является эталоном для всех национальных систем адвокатуры, который обеспечивает их соответствие мировым стандартам, мировому уровню организации и деятельности этого института защиты основных прав и свобод человека.

Нет сомнения, что «Основные положения» имеют значительное морально-политическое, идеологическое влияние на национальную политику многих государств относительно защитников. Но в какой мере изложенные в «Основных положениях» «мировые стандарты» деятельности защитников являются обязательными для разных стран?

Следует отметить, что «Основные положения» представляют собой достаточно своеобразный международно-правовой акт мирового сообщества. Юридически обязательный характер многих его предписаний обусловлен не только тем, что он принят органом, образованным самой Организацией Объединенных Наций. Оценивая социально-правовую (юридическую) природу «Основных положений», А.Д. Святоцкий и В.В. Медведчук приводят еще несколько аргументов: «Во-первых, адресатами акта являются правительства и другие государственные органы (законодательные, судебные, административные) стран-членов ООН. Во-вторых, его нормативную основу, базу составляют действующие нормативные акты ООН, на которые ссылается преамбула Основных положений (в частности, Устав ООН, Всеобщая декларация прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, Свод принципов для защиты всех лиц, задержанных или находящихся в условиях тюремного заключения, Декларация об основных принципах правосудия для жертв преступления и превышения власти). В-третьих, он – наряду с общеполитическими и этическими декларациями, постулатами, констатациями – содержит достаточно конкретные предписания, сформулированные в виде прав и обязанностей. И, наконец, в ряде предписаний этого акта прямо указано, что он может использоваться как самостоятельный критерий (наряду с национальным законодательством) для оценки правомерности действий адвокатов (п. п. 19, 29)».

Вполне оправданным представляется размещенное в преамбуле «Основных положений» требование о том, что они должны приниматься во внимание как адвокатами, так и судьями, прокурорами, представителями законодательной и исполнительной власти и обществом в целом; эти принципы должны также применяться к лицам, которые осуществляют адвокатские функции без получения формального статуса адвоката. Поэтому нельзя не согласиться с мнением А.Д. Святоцкого и В.В. Медведчука о том, что с изложенными в «Основных положениях» принципами следует сравнивать все национальные системы адвокатуры, если стремиться к обеспечению их соответствия мировым стандартам, мировому уровню организации и деятельности этого института, защиты основных прав и свобод человека.

Опираясь на перечисленные международно-правовые документы, мы определили признанные мировым сообществом общие принципы создания, функционирования, организации и осуществления защиты по уголовным делам.

Итак, общими принципами организации института защитников по уголовным делам являются:

  1. Всеобщность права осуществлять защиту по уголовным делам.
  2. Наличие профессиональной подготовки защитников по уголовным делам.
  3. Общественно-самодеятельный (негосударственный) статус защитников по уголовным делам.

Следует определить также такие общие принципы деятельности защитников по уголовным делам:

  1. Верховенство права.
  2. Независимость защитников в процессе выполнения ими своих функций.
  3. Гуманизм.
  4. Соблюдение адвокатами норм профессиональной этики.
  5. Наличие специального дисциплинарного производства в отношении защитников по уголовным делам.
  6. Оплатность работы защитников по уголовным делам.

В соответствии с ч. 2 ст. 44 УПК ДНР в качестве защитника допускаются лица, имеющие свидетельство о праве на занятие адвокатской деятельностью в Донецкой Народной Республике, и другие специалисты в области права, которые по закону имеют право на предоставление правовой помощи лично или по поручению юридического лица. В случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, в качестве защитников допускаются близкие родственники обвиняемого, подсудимого, осужденного, оправданного, его опекуны или попечители.

Эта норма полностью дублирует ч. 2 ст. 44 УПК Украины по состоянию на 29 июня 2001 года, действовавшую в Донецкой Народной Республике до принятия УПК ДНР. Именно в этот день вступил в силу закон, внесший изменения в УПК Украины, который ввел в действие т.н. «малую судебную реформу», когда решение о заключении под стражу, продлении его сроков, проникновении в жилище стал принимать не прокурор, а суд. Кроме того, в соответствии с решением Конституционного Суда Украины (далее – КСУ) по делу о конституционном обращении гражданина Солдатова Геннадия Ивановича относительно официального толкования положений статьи 59 Конституции Украины, статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Украины, статей 268, 271 Кодекса Украины об административных правонарушениях (дело о праве свободного выбора защитника) от 16 ноября 2000 г. № 13-рп/2000 был изменен круг субъектов, имеющих право быть защитниками. В этом решении КСУ истолковал положение ст. 59 Конституции Украины как право подозреваемого, обвиняемого и подсудимого при защите от обвинения избирать защитником своих прав лицо, являющееся специалистом в области права и по закону имеющее право на предоставление правовой помощи лично или по доверенности юридического лица, что породило жаркие дискуссии как среди ученых, так и среди практиков.

КСУ презрел подавляющее большинство международных принципов, которыми руководствуются защитники по уголовным делам (и на которые, кстати, сам Суд ссылался): наличие профессиональной подготовки, государственные гарантии осуществления защиты (соблюдение профессиональной тайны, иммунитеты), соблюдение норм профессиональной этики, дисциплинарное производство за допущенные правонарушения, в т.ч. ненадлежащее осуществление защиты. Кроме того, было заблокировано участие защитников в делах по назначению. КСУ указал, что «Конвенция о защите прав человека и основных свобод …предусматривает право каждого обвиняемого защищать себя лично или использовать правовую помощь защитника, выбранного ним по собственному усмотрению». Тем не менее, в этом случае речь идет о праве обвиняемого самому выбирать защитника, а не о праве каждого быть защитником. И эти положения нужно четко разграничить. Круг лиц, из которых может быть выбран защитник, ограничен, что признал сам КСУ, трактуя его как «специалистов в области права», которые «по закону имеют право на предоставление правовой помощи лично или по доверенности юридического лица». Такие ограничения должны быть установлены исключительно Конституцией или законами. Конституция Украины же четко не ограничивает круг лиц, которые имеют право быть защитниками, но указывает, что для осуществления этой функции в стране действует адвокатура. Если же буквально трактовать конституционное положение о том, что «каждый свободен в выборе защитника своих прав» (ч. 1 ст. 59), то здесь речь о юристах вообще не идет, в связи с чем институт защиты вообще нивелируется. Отметим также, что при более тщательном переводе с английского международных документов, на которые ссылался КСУ, тезис «…приведенные международно-правовые акты предусматривают право каждого обвиняемого защищать себя лично или через свободно выбранного им по собственному усмотрению защитника из юристов» должен звучать как «…защитника из адвокатов».

Отметим, что Конституционный Суд Российской Федерации, слушая аналогичное дело, в Постановлении по делу о проверке конституционности части четвертой статьи 47 УПК РРФСР в связи с жалобами граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С.В. Абрамова от 27 января 1997 г. № 2-П принял прямо противоположное решение. Он указал, что, гарантируя право на получение именно квалифицированной юридической помощи, государство должно, во-первых, обеспечить условия, способствующие подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, в том числе в уголовном судопроизводстве, и, во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии. Участие в качестве защитника в ходе предварительного расследования дела любого лица по выбору подозреваемого или обвиняемого может привести к тому, что защитником окажется лицо, не обладающее необходимыми профессиональными навыками, что несовместимо с задачами правосудия и обязанностью государства гарантировать каждому квалифицированную юридическую помощь. Критерии квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве, исходя из необходимости обеспечения принципа состязательности и равноправия сторон, закрепленного в статье 123 (ч. 3) Конституции РФ, устанавливает законодатель путем определения соответствующих условий допуска тех или иных лиц в качестве защитников.

Эксперты Европейского Союза, которые проводили экспертизу решения Конституционного Суда Украины о свободном выборе защитника, пришли к выводу, что оно противоречит соответствующим международным нормам.

Таким образом, пресловутое решение по делу о свободном выборе защитника не толковало Конституцию Украины, а, по сути, вопреки закону, породило новую норму в угоду определенной группе людей, что привело к затруднениям при применении закона на практике и уж никак не улучшило качество предоставляемой защиты.

Конфликт фактически был разрешен Верховным Судом Украины, который в п. 5 Постановления Пленума от 24 октября 2003 г. № 8 «О применении законодательства, которое обеспечивает право на защиту в уголовном судопроизводстве» указал, что при решении вопроса о наличии у специалистов в области права полномочий на осуществление защиты в уголовном деле надлежит выяснять, каким именно законом им предоставлено право принимать участие в уголовном судопроизводстве в качестве защитника. Верховный Суд Украины признал правильной практику тех судов, которые из-за отсутствия специального закона не допускают таких специалистов к осуществлению защиты по уголовным делам. При этом, не имея полномочий на отмену решения Конституционного Суда, Верховный Суд Украины дал понять, что необходимо принятие специального закона, который регулировал бы деятельность «иных специалистов в области права» в качестве защитников по уголовным делам. То, что такой закон при наличии закона об адвокатуре не нужен, абсолютно понятно.

Исходя из действующего законодательства Украины (ч. 1 ст. 45 УПК), защитником по уголовным делам может быть только адвокат.

В Конституции Донецкой Народной Республики такой институт, как адвокатура, вообще не упоминается. Однако 30 июня 2017 года Главой ДНР был подписан Указ № 170 «О порядке предоставления правовой помощи адвокатами Донецкой Народной Республики при осуществлении производства по уголовным делам», в соответствии с которым было установлено, что до принятия УПК ДНР при производстве по уголовным делам в качестве защитников допускаются лица, получившие свидетельства о праве на занятие адвокатской деятельностью в соответствии с Законом ДНР «Об адвокатуре и адвокатской деятельности».

Тем не менее, как видим, законодатель ДНР фактически пошел на поводу у оспариваемого нами решения КСУ, которое было юридически обоснованно нивелировано на самой Украине. В Донецкой Народной Республике также отсутствует специальный закон, который регулировал бы деятельность «иных специалистов в области права» в качестве защитников по уголовным делам, а принят лишь Закон «Об адвокатуре и адвокатской деятельности».

Еще более 60 лет назад академик-лингвист Л.В. Щерба писал: «Язык законов требует точности и невозможности любых расхождений». С этой мыслью нельзя не согласиться.

Отсутствие в непризнанных государствах, каковым, к сожалению, пока фактически остается Донецкая Народная Республика, полноценной, высококачественной правовой базы, вызывает неоднозначное толкование законов, порождает неясность и противоречивость в выборе форм и методов практической реализации гражданами своих прав и свобод. В то же время наличие в непризнанных государствах собственной развитой системы права обеспечивает легитимность их правового статуса.

Таким образом, нормы действующего УПК ДНР относительно круга лиц, которые могут принимать участие в процессе в качестве защитников, крайне целесообразно привести в соответствие с общепринятыми международными стандартами.